БЕЛЫЙ ТЕКСТ НА ЧЕРНОМ ФОНЕ
ЧЕРНЫЙ ТЕКСТ НА БЕЛОМ ФОНЕ

go to English page! Go to English page!

ТОТАРТ: Наталья Абалакова и Анатолий Жигалов

РОДИНА/ОТЕЧЕСТВО. ТОТАРТ

РОДИНА/ОТЕЧЕСТВО

FATHERLAND/MOTHERLAND

Фотоперформанс

2002

Родина/Отечество. Форум художественных инициатив. Малый Манеж. Москва

Техническое описание Проекта

Проект представляет 2 фотографии 120 х 160. Фотографии в экспозиции вывешиваются рядом, корреспондируя друг с другом как своего рода диптих (слева А.Ж., справа А.Н.) с подписью: ТОТАРТ. Наталья Абалакова & Анатолий Жигалов. «FATHERLAND / MOTHERLAND”. 2002. 2 обработанных на компьютере фотографии 120 х 160.
Остается добавить, что в этом проекте нам помогают наши друзья, замечательные фотографы и мастера компьютерной обработки Владимир Сумовский и Сергей Соловьев, а также Сергей и Ева Хлусевич.

Концепция Проекта

Под таким названием нам хотелось бы представить две, созданные путем компьютерной обработки фотографии, на которой изображены мы сами. На первой фотографии изображен А. Жигалов на фоне заснеженного русского пейзажа. В руках на уровне груди он держит вторую фотографию, как держат фотографии погибших ближних или плакат с текстом на демонстрациях и пикетах. На другой – Н. Абалакова на фоне пейзажа, снятого рядом с местом археологических раскопок одного из древнейших городов на Ближнем Востоке. Для нас такая диспозиция художественных идентитетов является базовой для системы репрезентации нашего большого Проекта «Исследование Существа Искусства применительно к Жизни и Искусству». Так мы рассчитываем означить узел противоречий (и вытекающих из него «идентификационных стратегий») между приватным и публичным. Как слова, которые совсем не то, чем они кажутся, так и вещи (любительские фотографии, точнее одна из них, которая послужила «пусковым механизмом» предлагаемого проекта) являются «приватными» лишь отчасти. Сделанные «на память» фотографии не обладают иммунитетом против публичности, так как сама публичность (в которую входит право художника назвать что угодно «художественным произведением») уже обладает признаками гражданства и «грамматологией» гражданского взаимодействия, в котором эта грамматология деконструируется.

Сама концепция Проекта РОДИНА/ОТЕЧЕСТВО, FATHERLAND/MOTHERLAND представляется нам дискурсивным полем проблемы пространственного самоотождествления в культуре, а, возможно, – в пределе – отказом от самой этой попытки вообще. Если представить себе этот «в-пределе-отказ» как некую культуру вместо территории, как данность современного искусства России, которое не имеет (хочется надеяться, пока) собственной территории, то все события становления и утверждения этой территории, существующие в виде художественных проектов (как и этот среди прочих) становятся по необходимости универсалистскими практиками естественного синтеза, своего рода «местом культурного пространства», чем, на наш взгляд, может оказаться технологическая утопия, в которой, тем не менее, просматриваются идентификационные стратегии ХХ века, получившие в новом ХХI, новое осмысление, позволяющее понять, каким образом полагает себя современный российский художник: считает ли он себя некой суммой позиций, что кажется более адекватным, чем единственная уникальная позиция, которая могла бы редуцировать его идентичность к чему-то одному, будь то класс, раса или гендер. Мы считаем, что эта тотальность позволяет найти «золотую страну» внутри любого универсализма, где художник «принадлежит всем и никому», и где на него не действуют те формы «исключения», которые в любом универсализме присутствуют и оказывают воздействие.
Одной из сущностных парадигм ТОТАРТА является игра с идентичностями. В этой игре (где подчас размываются границы между искусством и жизнью) артикулированная инаковость, чуждость может прорваться сквозь почти экстатическое декларирование причастности к
«большой идентичности» собственного демократического проекта, вобравшего в себя сумму всех идентитетов, собственными усилиями созданную «культуру вместо территории». Обеспокоенность проблемой завоеваний новых территорий существует в виде размышления о том, что «не всегда то, что пересажено, расцветет» и более того: порча и коррозия наиболее глубинной «инаковой» части личности художника зачастую бывает платой за покорение иных культурных пространств. Нам представляется интересной собственная практика «сжатия» этой инаковости до точки, в которой она сможет оказаться новым синтезом критического характера, что не только не является препятствием для осуществления и развития нашего участия в данном Проекте, а даже представляет саму возможность для нашей собственной «экс-территориализации».
Не менее важен другой, заложенный в проекте «Родина/Отечество», пласт. Это тема Отца и Матери. В нашем решении этой проблемы предлагается инверсированый подход: Родина=Фаллическая Мать и Отечество= Кастрированный Отец, вынашивающий (отпевающий и взывающий о возвращении и проч.) Дочь/Мать, должную его кастрировать и т.д.. В результате перед нами «гендерное» осмысление связки-дихотомии Родина/Отчизна как нечто Порождающее-Истребляющее-и-вновь-Порождающее, некий котел, в котором варится Частное на окормление Общего, «место» приношения приватного в жертву публичному (как области Символического, где жертва является инициацией-посвящением в индивидуума как члена общества), без чего невозможна приватность как таковая и проч. и проч.

РОДИНА/ОТЕЧЕСТВО

Текст

ТОТАРТ. Наталья Абалакова & Анатолий Жигалов
Родина/Отечество

Родина, Отечество это не только звучные слова, которые с детства вбиваются в голову любому ребенку официальной пропагандой. И это не просто некое географическое место, где проходило детство и юность, память о котором подпитывает человека всю его дальнейшую жизнь. Некий обязательный набор понятий позволяет человеку чувствовать свою причастность к общности, символизируемой словами Отечество и Родина. Понятие Родины и Отечества – один из основоположных механизмов власти. Эти символы встраивают в сознание человека образ страны как семьи с любящими и строгими родителями. Родина может иметь и пугающий лик. Она оборачивается своей устрашающей карающей ипостасью к внешнему врагу и к собственным непослушным чадам. Любому россиянину известен двойственный образ любящей и суровой матери, когда она берет на себя функцию Отца. «Свинья, пожирающая своих детей», называет герой Джеймса Джойса Ирландию. В работе художников Натальи Абалаковой и Анатолия Жигалова отражается эта амбивалентность мужской и женской ипостаси национальной общности. Художники сами предстают перед зрителем как воплощения сложной игры понятий Fatherland/Motherland, создавая то символическое пространство, в котором человек, как существо социальное, обретает свою идентичность и становится сознательным членом общества, воспринимая язык своей культуры, что только и делает человека человеком, но расплачиваясь за это тем, что он становится объектом манипулирования власти.

Акции, перформансы, инсталляции

МОСКОВСКИЙ КОНЦЕПТУАЛИЗМ RSS feed

на главную страницу сайта Сергея Летова

Контакт

Пользовательского поиска