БЕЛЫЙ ТЕКСТ НА ЧЕРНОМ ФОНЕ
ЧЕРНЫЙ ТЕКСТ НА БЕЛОМ ФОНЕ

А. Монастырский

ВДНХ - столица мира
шизоанализ

Незнайка  

- А что это за воздушные шары"?
- удивился Незнайка.
Снежинка и Синеглазка засмеялись.
- Это арбузы,- сказали они.
- Разве вы никогда не видели арбузов?

Н. Носов. Приключения Незнайки и его друзей.


"Бык на крыше"

(название балетной сюиты Дариуса Мийо)


Брынди, брынди, балалайка,
Под столом сидит хозяйка,
На столе идет война -
Черти гонят колдуна.

(детский фольклор 86 г.)


Гуляя с ребенком солнечным сентябрьским днем на ВДНХ, мы попали в довольно пустынный район выставки, где находится фонтан "Золотой колос". Так получилось, что, живя рядом с ВДНХ и нередко там бывая, я в сознательном возрасте никогда не забирался в эту часть выставки. И последний раз, помню, был там в детстве, с родителями. Стоя у пруда и смотря на огромного быка на крыше одного из павильонов (лет в 17 мне очень нравилась музыка "Бык на крыше" Д.Мийо, одного из композиторов французской "шестерки"), на меня нахлынули ностальгические воспоминания о тех далеких временах, когда все воспринималось в прямом чувственном и функциональном значении, когда мир только познается и поэтому он волшебен, нов и великолепен. В голове еще нет никаких гносеологических решеток, рам, нет никакого застывшего "знания" мира, а есть только процесс его бесконечного (как тогда кажется) познания, знакомства с ним.
И вот, оказавшись в этом замечательном ностальгическом месте, я с ужасом следил за своим теперешним взглядом на все, что меня окружает, за непрерывным шизофреническим сканированием несуществующих миров. Я обнаружил, что меня окружают не красивые виды, забавные здания, перспективы, а знаковые ракурсы, которые тут же сложились в целостную знаковую картину, в иконографическое пространство этого района ВДНХ. И вот что в итоге у меня получилось.

* * *

Коллективное бессознательное русскоязычного региона выстроило свою, так сказать, "корневую" и "целевую" сакральность, т.е. свое коллективное сознательное в виде мандалы руководства не на Красной площади, как это может показаться на первый взгляд, а на ВДНХ.
Известно, что основная идеологема коммунистов - это рай на земле, и попасть в этот рай ("спастись") можно только путем социально-экономических преобразований народного хозяйства, в которые должно быть задействовано все общество. Но ведь любая идея склонна к трансцендированию, метафизической автономизации, и по законам трансцендирования она тут же материализуется в знаках и символах. "Народное хозяйство" как идея в процессе трансцендирования, символизации и харизматизации советского общества выстроилось на ВДНХ в сложнейшую констелляцию означающих. Это колоссальных размеров мандала, храм на открытом воздухе, место бога в котором занимает само коллективное сознательное (коммунистический коллектив), опредмеченное и виде символа фонтаном "Золотой колос". Он возвышается в центре большого пруда (если рассматривать план ВДНХ "вертикально", то он расположен на самых верхних "небесах") и покоится на рогах изобилия, из которых вываливаются фрукты, овощи и т.д. Cостоит фонтан из одиннадцати золотых лепестков, двенадцатый сделан в виде трилистника. Интересно, что"райские блага" вываливаются из него снизу, в воду. Но с каких же "небес" они сваливаются, где их производят?
Самое большое сооружение на выставке - павильон "Космос". Вообще "космос" (как порядок) - довольно сложное понятие. В политеистических религиях в космосе обитают и боги, и люди, в монотеистических - бог создает космос, сам пребывая в неизвестности. В сакральном пространстве ВДНХ "бог" (как коллективное сознательное) пребывает вне "космоса", на земле (точнее, на воде, но об этом чуть позже), так как "космос" опредмечен отдельным павильоном.
В мандале ВДНХ "космос" представлен как "небеса", причем диалектические, и вот почему. Если стоять лицом к павильону "Космос", то справа и чуть в глубине находится комплекс павильонов животноводства, где демонстрируются свиньи, коровы, кони, овцы и т.п. На одном из этих павильонов установлен грандиозных размеров Бык, которого как бы смиряет гипсовый титан-атлет. Очевидно, что это символ природы, которая является для местной идеологии "мастерской" и с которой, как с хаосом, человек должен работать, чтобы упорядочивать его, преобразуя в космос.
Теперь опять перейдем влево от павильона "Космос", где находится фонтан "Золотой Колос", встанем напротив него и посмотрим вверх. Мы увидим прямо перед собой огромный купол "Космоса" и гигантского гипсового быка слева от него - они находятся почти на одной высоте и в одном масштабе. Если мы будем двигаться по левому берегу вдоль пруда, огибая "Золотой Колос", мы увидим, как фигура Быка с титаном постепенно наплывает на купол "Космоса", как бы погружаясь в него. То есть эта дорожка вокруг пруда так устроена (место вокруг пруда называется "Грузинский сад"), что наглядно демонстрирует процесс упорядочивания, освоения Космосом Хаоса, сама являясь сакральной и символизируя путь упорядочивания, путь "дао". Теперь нам становится понятным, откуда берутся "райские блага", вываливающиеся снизу из рогов изобилия фонтана "Золотой Колос": они сваливаются с "диалектических небес", а комплекс из этих четырех элементов - "Золотой Колос", "Бык на крыше", "Космос" и сама дорожка, откуда виден весь этот процесс - олицетворяет сокровеннейший пафос всей сакральной топографии ВДНХ - "низведение небес на землю", то есть строительство рая на земле.
Важность понятия "космос", причем в динамике его "заземления", подчеркнута еще тем, что ВДНХ окружена как бы диффузной зоной, где энергетика этого сакрального "космоса" как бы ослабевает, переходя в обыденность. Так, рядом с ВДНХ находится огромная гостиница "Космос", кинотеатр "Космос", множество улиц, связанных с космосом - аллея космонавтов с обелиском "Ракета" и памятником Циолковскому, проспект Королева, улицы Кибальчича, Кондратюка, Цандера и т.п.
Но вернемся на сакральную дорожку в Грузинский сад, откуда так хорошо просматривается весь диалектический сакральный центр ВДНХ. Двигаясь по ней дальше, наблюдатель - как раз в том месте, где Бык "входит" в купол "Космоса", – повернувшись на 180 градусов видит перед собой небольшой павильон "Бытовые услуги", который стоит недалеко от пруда на возвышении, окруженный деревьями. В каком-то смысле он представляет собой высшую точку трансцендирования усилий коллективного бессознательного, буквально- "тот свет". И местоположение павильона, и его удивительная архитектура (такие домики можно представить себе только в стране Незнайки и его друзей-коротышек из сказки Носова), и то, что он почему-то не обозначен на план-карте ВДНХ, делают его как бы совершенно инородным, вынутым из грандиозной панорамы и топографии всего комплекса выставочных павильонов. Это ощущение усугубляется еще тем, что справа от него, совсем рядом, представлены как бы самые сакральные "низы" мандалы- павильон "Водное хозяйство и мелиорация", т.е. стихия воды, где все зарождается, сила Инь и тоже в каком-то смысле хаос, корреспондирующий с Быком на крыше. Но если Бык на крыше - это хаос верхний (сила Ян), то «Водное хозяйство»– как бы "нижний" хаос (инь). Фонтан же «Золотой Колос» находится как раз между этими двумя необузданными силами. Кстати, в этой ситуации "двойного хаоса" выявляется и "нерентабельность" всей этой системы "бога" в виде коллективного сознательного, которую и выявляет оно само: ведь фонтан "Золотой Колос" стоит посередине пруда и "райские блага" вываливаются из его рогов изобилия прямо в воду, обратно в "хаос". Но подробнее об этом ниже, когда мы будем рассматривать связи реальной общественно-политической системы и ее ментальной "план-карты".
Итак, павильон "Бытовые услуги" выглядывает из-за деревьев как необыкновенно красивая волшебная игрушка, в которой вечно и радостно живут люди (вроде носовских коротышек), занимаясь самыми обычными делами: стригут волосы, стирают белье, починяют и т.д., одним словом осуществляют свое вечное, "посмертное" бытие, символизированное этим павильоном "Бытовых услуг". То есть все эти диалектические, грандиозные муки осваивания хаоса космосом, хоть и тонут в воде, но все-таки каким-то волшебным образом разрешаются, наконец, в этом месте окончательного райского игрушечного существования.
Причем каждый элемент описанного сакрального комплекса имеет свой пластический аналог в какой-либо конфессиональной традиции. Бык на крыше - из дзенской серии картинок «В поисках быка», купол павильона "Космос" сделан в стиле католической храмовой архитектуры (только вместо креста он увенчан снопом), павильон "Бытовых услуг"- в стиле ламаистского храма, где помещается рай Амитабу, а у входа в павильон "Водное хозяйство" стоят огромные колеса мелиорационной установки, как бы колеса все перемалывающей сансары. Фонтан "Золотой колос" решен в библейской традиции: ведь он установлен посередине пруда. Это как бы "дух божий, витающий над водами" до космогонизации хаоса, но он представлен здесь в виде коллектива (колос, в котором много зерен).
Стражами, хранителями всей этой гигантской мандалы являются титаны - огромные позолоченные фигуры мужчин и женщин на павильоне "Космос", на других павильонах, на арке главного входа, скульптурная группа "Колхозница и рабочий" (за пределами ВДНХ, но совсем рядом). Как известно, в античной мифологии титаны боролись с богами-олимпийцами, а один из них- Прометей (популярный советский герой) дал огонь людям, то есть участвовал в акте "сведения небес на землю"[1].
Но весь описанный мной комплекс - это как бы сакральность в действии, трансцендирование диалектического материализма как постоянного процесса. Но прежде, чем попасть в эту "святая святых" мирового процесса, нужно пройти сначала сквозь стабильные, завоеванные в результате политической и социальной борьбы "принципы" (как бы ареопагитовские "Начала"). В мандале ВДНХ они представлены двумя сакральными пространствами- центральным павильоном "СССР" (единовластие) и фонтаном "Дружба народов" (единство круговой поруки наций, входящих в состав CCCP).
Очень интересным представляется задний выход из ВДНХ (не "Северный", а служебный, расположенный на северо-востоке по отношению к Центральному входу. Кстати интересно, что на официальной карте ВДНХ - что соответствует реальности - южный и северный входы ВДНХ расположены на одной горизонтальной линии, почти на одной линии с центральным входом, что указывает на возможность "вертикального" прочтения пространства ВДНХ). Возле этого заднего выхода находится ряд вольеров с разными видами оленей, в последнем из них помещаются северные олени. Это - край мира, край вселенной, который как бы совпадает и с реальной топографией Советского Союза (дальним севером). То есть сакральная топография замыкается на реально-географическую, очень четко очерчивая края коллективного сознательного региона. Очевидно, что принцип символизации и "опредмечивания" коллективного бессознательного в сознательное- синергетичен. Целостность и гармония его сакральных значений выстраивается и меняется постепенно, и не по воле одного человека или группы людей, а как бы сама собой, то есть шизофреническая план-карта (о которой идет речь в "Даре Орла" К. Кастанеды) опредмечивается в процессе вживания коллектива в целевые общественно-экономические структуры, реальность которых потом уже развертывается и действует как бы под властью этой сакральной "план-карты", властью знака над свободной вегетацией жизни.
ВДНХ - это Кащеево яйцо советской власти, но, в отличие от египетских пирамид и сфинксов, древнеримских храмов и т.п. стабильных символов "Начал", под властью которых и произошел процесс омертвения, выморачивания тех культур (но чего не произошло в Китае с его подвижной, "трехлинейной" сакральностью), на ВДНХ есть и даосско-буддийская динамическая сакральнасть (комплекс вокруг "Золотого Колоса"), которая предполагает постоянное изменение структур и, соответственно, изменение сакральной предметности (самой "план-карты", мандалы). И, казалось бы, совершенно закрытое общество, таким образом, несет в себе потенциал будущих изменений. Опредметив коллективное сознательное ("Золотой Колос") и представив "тот свет" в виде совершенно детского, сказочного домика "бытовых услуг", коллективное бессознательное, неизбежно рождающее власть знака, необходимую на определенном отрезке истории для стабилизации общества и сохранения культуры, в данном случае постоянно находится под угрозой самоуничтожения, самоликвидации. Оно обессиливает, коллапсирует в знаке, указывающем на самого себя, постепенно высвобождая психические пространства (совершенно неизвестные) для личностного (а не коллективного) начала, буквально выбрасывая личность в пустоту, где она может или погибнуть, или обнаружить какие-то новые структуры и новую предметность. В каком-то смысле можно сказать, что общество, сакральность которого оставляет для человека свободным только его дыхание (хотя здесь и много гиперболы), потенциально взращивает в каждом своем члене Праджапати (в реальном смысле - шизофреника), дыхание которого порождает разум, разум - богов, а боги - миры (его собственные, патопсихологические).
Советский Союз, кроме всего прочего, как опредмеченный плод немецкой классической философии, причем в ее романтическо-шаманском варианте гегельянства, во-первых, насквозь трансцендентен, во-вторых (в соответствии с романтической традицией ностальгии) его трансцендентность тяготеет к самой древней, ведической, только вместо одного Праджапати, как это было у древних индусов, у нас их в потенции - 250 миллионов, и каждый, в самой сокровенной глубине своей души чувствует свое космическое одиночество, маргинальность и "не знает радости". Вокруг него - одни символические, необиходные вещи, бездыханные, безжизненные, подобно каменным женщинам фонтана "Дружба народов" (одновременно выражающими суть телесности советских женщин и мужчин), и неподвижные, подобные стволу фонтана "Золотой колос" (указывающего на место экзистенциальных проявлений - только на периферии!). Древний Праджапати, увидев вокруг себя такую картину, не возрадовался (далее цитата):" Он решил: "Я войду в них, дабы вдохнуть в них жизнь". Он сделался подобным ветру и хотел войти в них. Однако, будучи одним, он не смог этого сделать. Он разделился на пять частей, называемых праной, апаной, саманой, уданой, вьяной...".[2]
Дальше началась История. Что же будет дальше с нашими "Праджапати"? Сейчас почти у всех у них - раздвоение личности, психическое заболевание. Но может быть, им грозит ее "распятерение"? Как раз по числу концов пятиконечной звезды и количеству видов дыхания по Ведам? В традиции шизоанализа в слове "распятерение" можно усмотреть слово "распятие" и остановиться на том, что Россия всегда была жертвой для назидания другим народам: "один делает глупость, чтобы ее не делали многие". С другой стороны - полная неизвестность (ведь в сакральном смысле Советский Союз как бы всегда стоит в самом начале Истории), которая может обернуться и каким-то облегчающим разрешением, зарождением новых общественных структур, и отработанное уже правило коллективного сознательного "сначала дела общественные, а потом личные", ведущее к тому, что все "блага небесные" исчезают неизвестно куда, как это наглядно демонстрирует фонтан "Золотой Колос", может вдруг превратиться в свою противоположность.
Определив ВДНХ как центральную мандалу руководства коллективным бессознательным советского общества, можно пофантазировать на эту тему и дальше в плане того, например, как пересекается сакральное и реальное в общей системе руководства Советским Союзом и в сознании советских людей.
Не секрет, что социально-экономическая система СССР - абсолютный государственный капитализм (монополия) имперского типа. В чем же состоит руководящая функция коммунистов в этой системе? Прежде всего они осуществляют идеологическое руководство обществом, т.е. имеют дело с идеей, носителями которой является их собственное сознание и сознание "паствы", сознание советских людей. В качестве пастырей, жрецов их функционирование состоит в корректирующем посредничестве между сознанием масс и трансцендентным, которым в данном случае является народное хозяйство, но реальность которого протекает, опредмечивается (особенно на внешнем рынке) в формах абсолютного государственного капитализма. Ведь коммунизма как реальной системы общественно-экономических отношений, нет. А социализм- это просто абстрагирование капитализма до его абсолютизации, это как бы Абсолютный Дух капитализма, который можно называть и социализмом (проблема чисто языковая). Следовательно, коммунисты, как люди "оттуда", из будущего, общаются с массами через фантомное, трансцендентное "народное хозяйство", символически опредмеченное мандалой ВДНХ, под властью которой они находятся и по "план-карте" которой осуществляют свой чисто концептуалистский перформанс. Мыслеформы этой мандалы и связывают массы и коммунистическое руководство в единое психическое тело коллективного сознательного.
Для коллективного сознательного христианского мира отдельная личность может стать "сознательной" ("спастись"), если она "войдет в Ум Христос" (ап. Павел). Там разработана своя методика этого "вхождения" или богоуподобления, в том числе девять чинов Дионисия Ареопагита, где человеческий ум "возносится", как бы "очищаясь", по психическим уровням: ангелы, архангелы, начала и т.д. Аналогичная система есть и у даосов, и у буддистов ("Десять ступеней бодхисаттвы"). Но как же человек может уподобиться коллективному сознательному? Какова психологическая, а не номенклатурно-возрастная (октябрята, пионеры, комсомольцы, коммунисты) структура советского коллективного сознательного, которая должна проецироваться на каждую личность, и есть ли в ней иерархия "восхождения"? То есть речь идет о сакральных "чинах" советского сознания. Вероятно, их следует соотносить и определять через описанные нами выше сакральные мыслеформы мандалы ВДНХ. В таком случае, сознание каждого советского человека должно включать в себя пять (основных) мыслеформ: "космонавта", "титана", "колосника", "коротышки" и... "грузина". Что это за "грузин"? Во-первых, пруд с "Золотым Колосом" почему-то окружает грузинский сад, и сакральная дорожка - дао, откуда открывается вся эта панорама, проходит по этому саду. Во-вторых, географически Грузия, входящая в нашу империю - страна стихий: море и горы, и поэтому "грузинское" сознание наиболее непосредственно, прямо связано с реальностью, в частности - с реальной общественно-экономической системой абсолютного гос. капитализма. Вспомним Сталина - "абсолютная государственность", и рынок - "капитализм", где грузины играют ведущую роль. И, наконец, грузины наиболее активно противостоят этой системе и одновременно определяют ее как империю. Противостоят обычно в своем языковом поведении (а ведь для шизоанализа важен только этот аспект): обычно грузин, едущий на российские рынки продавать фрукты, говорит, что он едет "в СССР". Более того, были случаи, когда на грузинском железнодорожном вокзале объявляли по радио: "Поезд "Грузия - СССР" отправляется в такое-то время с такой-то платформы".
Вот с этими пятью "бесплотными чинами" коллективного сознательного и в самих себе, и в народе и имеют дело коммунисты. В этой системе чин "коротышки" - конечный продукт общества, то есть тот самый искомый нами "сознательный" советский человек, как бы живущий уже "на том свете" в виде Незнайки, Пончика, доктора Пилюлькина, Тюбика и других героев сказки Носова (соответственно своей профориентации).
Похоже, что остальные четыре "чина" не имеют иерархии относительно друг друга, они как-то хаотически сосуществуют, причем в каждом человеке преобладает, как правило, какая-либо одна сущность. "Космонавты" - это авангардисты во всех областях науки, техники и культуры - от Ленина, Циолковского и .Мичурина до современных художников-авангардистов С.Гундлаха и С.Ануфриева, которые недавно объявили себя "космонавтами".
"Титаны" - это различные герои войны и труда и почти все советские женщины. "Колосники" - это противоположность "коротышек", высшее партийное руководство и диссиденты. Это сознание (в личности -подсознание) склонно к самоистреблению и небытию, так как на него замыкается и коллапсирует само коллективное сознательное (местный "бог"), "уподобление" которому невозможно и поэтому отдельная личность в приближении к этому "богу" всегда чувствует себя как черную дыру, которая бесконечно проваливается сама в себя (эта склонность к самоистреблению проявляется и физически, особенно ярко в 30-х годах, когда одна часть партии "выедала", причем огромными кусками, другую часть). "Грузины"- это те люди (не обязательно грузинской национальности), на которых все, собственно, и держится. Только они поддерживают реальную связь с реальной системой (работники министерств, торговли, коммуникаций и т.п.). Чаще всего их деятельность носит криминальный характер и в советской сакральности, по аналогии с христианской, они играют роль "бесов", которых нужно постоянно перевоспитывать, изгонять или вообще истреблять. Ведь для партийного руководства народное хозяйство - это идеальная трансцендентная система и идеальными работниками в ней могут быть только "титаны" (типа Стаханова и т.п.).
По-видимому, это и есть "духовная" топография советского "распятеренного" сознания, с которой (и только с ней, а не с реальной системой) имеет дело коммунистическое руководство. В разные периоды истории оно активизирует тот или иной "чин", который становится лидирующим. Во времена военного коммунизма- "титанов", во времена НЭПа -"грузин", в промежутках - "космонавтов", "колосники" же и "коротышки" - вне всяких изменений, это альфа и омега всей сакральной системы. В самом "высшем" смысле сакральности каждый советский человек (который в середине жизни может быть любым из пяти "чинов") начинает свою жизнь с "коротышки" (детство) и кончает "колосником" (старчество). После стадии "колосника" опять наступает стадия "коротышки". Здесь отчетливо просматривается механизм хинаяны, но без ее целевых установок: вечное существование в "коротышечном" раю, метампсихоз и "наше бессмертие - наши дети" - официально выбирается последняя, но сакрально- первая. Этот бессознательный выбор не в последнюю очередь объясняет плачевное состояние народного хозяйства СССР. Ведь из рогов изобилия "Золотого Колоса" вываливаются в воду гигантские арбузы, дыни, виноград, яблоки и чуть ли не свиньи, которые и демонстрируются как результат, как высшие и целевые эйдосы народного хозяйства. Это и есть те самые огромные арбузы в городах коротышек, которые описаны у Носова. То есть происходит сакрализация не технологии, а результата. Все же остальные павильоны демонстрируют просто технические способы (они могут улучшаться) для достижения одного и того же - арбуза величиной с дом. То есть то, что должно быть главным в экономической системе - технология, выносится в периферийную зону сакральности, а в центр ее ставится курьез, плод деятельности не общества, а отдельного "титана"
Во всяком случае именно так обстояло дело в харизматический период советской власти - от Сталина до Брежнева. Эти огромные плоды демонстрировались в центральном павильоне "СССР" (в то время как в павильоне "Земледелие" демонстрировались различные сорта обычной картошки). Сейчас павильон "СССР" закрыт на реэкспозицию. Во всяком случае есть какая-то надежда, что изменения будут идти в ту сторону, где народное хозяйство - не цель, а средство.
Если может идти речь об истории коллективного сознательного, о преемственности сакральных мандал руководства при смене идеологий и систем, то можно сказать, что возникновение Советов в христианско-православном регионе - это своего рода "бунт ангелов"- самого нижнего "бесплотного чина" православного коллективного сознательного (а поскольку сюжет этого "бунта" был изначально задан в христианской традиции, почему бы ему не реализоваться в каких-то более осязаемых формах?). Причем этот "бунт" был совершен как бы с «хорошими намерениями» (ведь коммунизм сам по себе как абстрактная идея – как бы хорошая идея, правда, только в его самом народном, примитивном толковании, и вообще это еще и похоже на "царствие Христово, где не будет церквей, ибо некому поклоняться" - тоже известный евангельский сюжет). А то, что этот "бунт" смог осуществиться в России (помимо реальных, объективных причин) можно объяснить очень сложной структурой коллективного сознательного российской империи (которое было конституировано православием, к Х1Х веку полностью музеефицированному и духовность которого стала абсолютна апофатичной - установка на совершенное незнание божьего промысла). Произошла автономизация структур коллективного сознательного и "ангелам-апофатам"- как наиболее удаленному слою коллективного сознательного от его "сокрытого центра" ("Бога") и потому свободного вообще от всякой "духовки» (попросту говоря - коммунистам) удалось провернуть в качестве социального эксперимента Октябрьскую революцию (интересно, что фамильная аббревиатура пяти главных деятелей "Земли и воли" - Плеханова, Инсарова, Засулич, Дейча и Аксельрода - складывается в слово "ПИЗДА", причем группу эту в шутку так называли еще в девятнадцатом веке, а в православной иконографии апофатический знак иногда изображался в виде черного треугольника над головой Саваофа). Последовательность в реализации апофатической сакральности сказалась еще в довольно странном для "материалистического" общества (то есть, казалось бы, для общества "здравого смысла") поступке некрофильского свойства - в открытом экспонировании на Красной площади трупа своего главного вождя. Это эспонирование - как бы опредмеченный "узел" связи старой православной (апофатической) мандалы: "Ветхий Деньми, почивший от всех дел своих", – и новой коммунистической, коммунальной - олицетворение пчелиной матки в коммунальном улье. Но, так же как и в "Золотом колосе", здесь происходит знаковый "провал" - демонстрируется мертвая матка, и эта ее мертвость, небытийность пронизывает энергетикой небытийности, ненужности всю структуру коммунистического руководства.
Так что описывая коллективное сознательное советского общества харизматического периода мы, в сущности, имеем дело только со стратиграфией "ангела-апофата", который расслоился в апокалепсическом движении - на "космонавтов", "титанов", "колосников" (носителей, кстати, апофатической природы), "грузин" и "коротышек". Но каждый этот слой, в потенции возрождения, легко может быть отождествлен с пятью частями, на которые разделился Праджапати: прана / вдыхание - "титаны"/, апана /выдыхание- "грузины"/, самана /внутреннее дыхание, объединяющее все другие виды дыхания - "колосники"/, удана / вздох при умирании и во сне без сновидений - "коротышки"/ и вьяна / промежуточный момент между выдыханием и вдыханием - "космонавты" /.
Такая герменевтика переводит эсхатологическую духовность в начало новой истории.

* * *

Рядом с фонтаном "Золотой Колос", на берегу пруда, построили, но еще не открыли новое здание, довольно странной архитектуры, то ли павильон[3], то ли ресторан, то ли еще что-то. Выглядит оно довольно современно. К нему, со стороны пруда, примыкает что-то вроде смотровой вышки с внешней винтовой лестницей и площадкой обзора на вершине. Не исключено, что она предназначена только для служебного пользования. Следовало бы пойти туда и сфотографировать все эти места, постараться залезть на эту вышку. Оттуда могла бы получиться хорошая панорамная фотография Ботанического сада, расположенного справа от этого здания, за пределами ВДНХ. Возможно, что это будет просто красивый вид, пейзаж, а не знаковый ракурс. Может быть, что хоть через одно окошко гносеологической решетки "знания", которое губит все живое, можно найти лазейку для свободного взгляда, пусть и специально свободного (как с древних китайских башен созерцания), специально откадрированного, но все-таки с "пустым", десакрализованным центром, где на самом деле всегда скрывается самое драгоценное, что у нас есть - возвращенная неизвестность.

сентябрь 86 г.



[1]Этот ракурс дает возможность понять феномен московского "самого лучшего в мире» метро, почему далеко не богатое советское государство позволило себе такую нефункциональную роскошь в тридцатых годах, как строительство московского метрополитена с оформлением станций, напоминающих внутренним дизайном православные храмы. Скорее всего это результат борьбы двух мандал руководства - еще не до конца искорененной программы коллективного сознательного православной идеологии и новой, советской коммунальности с "раем на земле" (основа которой- православная соборность, а вершина и структурное завершение - система лагерей ГУЛАГа, где коммунальность представлена в чистом виде). Ведь если "рай" осуществляется (в знаке) на земле, а не на "небесах", как это было раньше, то, естественно, что "места молитвенных собраний" приходится убирать под землю, чтобы как-то соблюсти привычную иерархию. К месту пришлась и мраморная облицовка взорванного храма Христа Спасителя, использованная в оформлении станции "Маяковская", где, кстати, во время войны во главе со Сталиным и Политбюро, произошло одно из главных сакральных действий Советской власти - празднование очередной годовщины революции.

 

[2] Виды дыхания ("Майтрейя-упанишады").

[3] Когда я узнал, что это странное сооружение с вышкой - будущий павильон "Рыбное хозяйство" и что практически весь этот огромный дом представляет собой аквариум, мне стало ясно, что все архитектурные "странности" на ВДНХ объясняются прежде всего сакральностью всего этого пространства, местом данного здания в мандале ВДНХ. Павильон "Рыбное хозяйство" (который, кстати, начал строиться в самом конце советской харизмы, т.е. в самый опасный для идеологии момент) - это символ Всемирного Потопа (воды пруда, где стоит "Золотой колос" как бы поднялись выше самого "колоса" - павильон стоит на берегу того же пруда), а смотровая вышка на этом павильоне- образ горы Aрарат, где в свое время спасался Ной.
На этой "эсхатологической ихтиологии" и следует поставить точку, не особенно обременяя себя вопросом, почему сакральные пространства с такой легкостью (как в "Алисе в стране чудес") переходят в пространство каламбура.

А. Монастырский. ТЕКСТЫ И КОММЕНТАРИИ | АКЦИИ | ИНСТАЛЛЯЦИИ | КНИГИ | КАНАЛ PODJACHEV

Описательные тексты акций Коллективных Действий, фото и видео

КАРТЫ КД | ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ КАРТЫ КД | БУХГАЛТЕРИЯ КД

МОСКОВСКИЙ КОНЦЕПТУАЛИЗМ

ОРИГИНАЛЬНЫЕ ТОМА ПОЕЗДОК ЗА ГОРОД

Индекс фонограмм акций КД | Обсуждения | Выставки КД

на главную страницу сайта Сергея Летова

Контакт